Пытаюсь представить ситуацию, в которой я сознательно хочу постыдиться.
Порадоваться, позлиться, погрустить, даже побояться — все это да, такие ситуации представить мне не сложно. Но вот стыд. Хотя, конечно, как и всё внутри психики, стыд имеет смысл.
Марио Якоби в своей книге «Стыд и истоки самоуважения» говорит, что стыд выполняет охранную функцию (каждый раз поражаюсь, как наша психика обожает нас охранять всякими изощренными способами)
Так вот, в этой книге он выделяет несколько охранных назначений:
Первое назначение — охрана внешних, социальных норм, правил и стандартов
Здесь разброс большой: от общей культурной договорённости не ходить по улице голыми — в этом случае стыд помогает нам оставаться частью общества и реально охраняет нас от изоляции, — до ситуаций, когда мы не совпадаем с ожиданиями и стандартами какой-то конкретной окружающей нас среды (в этом случае, наш стыд тоже нас охраняет, но может действовать токсично).
Мне приходит в голову базовый школьный пример: несчастный гуманитарий в физико-математическом лицее (тут каждый может подставить свое)
Такой человек может постоянно чувствовать, что с ним что-то не так. Формально он не соответствует ожиданиям среды, в которой находится, и поэтому сталкивается со стыдом. Хотя ничего плохого или постыдного он не делает. Он просто не вписывается в существующие стандарты. И тогда стыд, при своей изначальной охранной функции, может становиться навязчивым и разрушающим состоянием.
Второе назначение — охрана наших личных внутренних норм, правил и стандартов
По моему опыту, такой стыд сложнее распознается. Он ощущается как что-то смутное «что-то произошло и я чувствую себя плохо, но я не понимаю почему». Мне кажется, это связано с тем, что у нас выработан навык замечать нарушения внешних правил и несовпадение стандартам. Но гораздо реже нам удается замечать свои чувства, потребности и ценности. Поэтому, когда мы нарушаем что-то важное для самих себя, бывает трудно определить, что именно произошло. Мы чувствуем тяжесть, разочарование или стыд, но не всегда можем связать их с тем, что в какой-то ситуации отступили от себя.
«Как я мог так предать себя?» — в этот момент обвиняемый и пострадавший находятся внутри самого человека.
Им нужно как-то встретиться, договориться и найти возможность прощения.